ФЭНДОМ >> О фантастике | Конференции | Клубы | Фотографии | ФИДО | Интервью | Новинки
© Ю. Зубакин, 2011 Пер. в эл. вид Ю. Зубакин, 2011
25 ноября 1968 года для крошечного эмирата Аджман была выпущена серия марок «Человек в космосе», состоящая из 6 марок и двух блоков (Michel № 333–338, block № 67–68). На рисунках марок нет ничего фантастического, но на поле марочных листов (марки печатались в листах 2x3) – странный космический аппарат непривычной формы. Рисунок интересный и, как выяснилось, непосредственно связан с идеями и трудами Циолковского.
Одновременно с марками Аджмана выпущены марки зависимой территории Аджмана – Манамы. Марки выполнены в немного изменённом цвете (Michel № 115–120, block № A 12 – B 12).
Также были выпущены вертикальные люкс-блоки. На их полях изображён тот же космический аппарат, что и на поле марочных листов. Фон поля люкс-блоков Аджмана голубой, Манамы – оранжевый. Кроме того, на беззубцовых блоках нарисована зубцовка. Рисунки почтовых миниатюр выполнил итальянский художник Турати Ломбарди, а отпечатаны они в типографии «Security Printers».
Позже на части блоков были сделаны надпечатки, посвящённые экспедициям «Аполлон-9» и «Аполлон-10», а также в память о Эдварде Уайте и Юрии Гагарине.
История рисунка необычного космического аппарата, изображённого на марочных листах и люкс-блоках Аджмана и Манамы, начинается в 1930-е.
В 1933 году в рукописи «Альбома космических путешествий» Циолковский нарисовал много иллюстраций. На нескольких рисунках изображены космические жилища, какими они виделись Константину Эдуардовичу. Одно из них показано на рисунке вверху. Циолковский пишет: «53. Все жилища должны иметь слабое вращение ради получения тяжести. Цель – удержание почвы от рассеяния, очищение воздуха от мелких тел, человеческая надобность, устойчивое направление жилища. [...] Температура жилища будет наибольшая, но её можно регулировать при жилищах удлинённых вдоль лучей солнца: чем она длиннее, тем температура будет ниже. 54. Почва сбивается от вращения дальше от оси так, что лучи скользят вдоль её поверхности и засаженных на ней растений. На дне же шара почва не удержится, растений там не будет и сила солнца будет пропадать даром. Однако при длинных конусах, наклон поверхности и почвы будет не велик, она останется на месте и растения будут освещены косыми лучами до самой оси. Достигнем и умеренной температуры и использования солнечных лучей». Рассказывая о 1930-х – 1940-х, не нужно забывать о том, что в то время в СССР много писалось о мощном развитии советской науки по сравнению с царской Россией. Например, в статье Д. Заславского, посвящённой Циолковскому и опубликованной 20 сентября 1935 года, можно прочитать весьма образное описание жизни Константина Эдуардовича до революции 1917 года: «Жизнь Циолковского до Революции – это обвинительный акт против русской буржуазной интеллигенции, которая живым бросила в могилу выдающегося ученого ее времени и набросала земляной холм на могиле, из которой временами вырывались заглушенные стоны». Также много говорилось о преимуществах социалистического общества над капиталистическим. Например, в конце 1940-х появляются статьи, в которых превозносятся заслуги советских учёных, а достижения западных учёных, наоборот, принижаются. Пример тому эмоциональная статья студента-дипломника Московского авиационного института Бориса Ляпунова «Историческая правда и зарубежная ложь», появившаяся в 1948 году в 11 номере журнала «Техника – молодежи». Начало статьи: «Одна за другой выходят в Америке и Англии популярные книги по ракетной технике. Популяризаторы и так называемые историки техники из кожи вон лезут, чтобы доказать, что реактивная техника – национальное достояние американцев и англичан». Борис Валерьянович Ляпунов (1921–1971) – популяризатор науки, историк и библиограф фантастики. Он написал несколько десятков научно-художественных книг.
Желание показать весомость и значимость достижений советской науки и техники было огромно, поэтому вполне естественно, что книге «Рассказы о ракетах», изданной в 1950 году, Ляпунов творчески развил и улучшил идею Циолковского о конусообразном космическом жилище-оранжерее, показал своё видение межпланетной станции. Ляпунов осовременил замыслы Циолковского, сделав их более жизненными, снабдив многочисленными деталями и усовершенствованиями. В книге Ляпунова конусообразное космическое жилище снабжено дополнительным внешним поясом помещений, соединённых переходами с той частью станции, с которой стыкуются космические корабли. Солнечный свет, отражаясь от зеркал, установленных на внешнем поясе станции, попадает внутрь жилых и производственных помещений.
Впоследствии эта межпланетная станция появлялась в других работах Ляпунова, например, в книге «Открытие мира», выпущенной в московском издательстве «Молодая гвардия» в 1954 году. Книга получилась интересной и востребованной, поэтому через два года появился дополнительный тираж, а ещё через три года, в 1959, было выпущено новое, дополненное издание книги.
Схему космического жилища, усовершенствованного Ляпуновым, можно увидеть на немаркированной карточке ГДР. В 1981–1983 годах в этой стране применялись 50 специальных штемпелей, посвящённых 25-летию космической эры. На них показана предыстория космонавтики от Икара и Дедала до Глушко и Королёва. Также были выпущены немаркированные почтовые карточки, рисунки которых дополняют и объясняют спецгашения. Одна из карточек, со схемой космического жилища Циолковского-Ляпунова, показана вверху. Надпись под рисунком: «Оригинальный дизайн космической станции с вращением и контролируемым климатом».
Эту же станцию можно найти в статье «Станция вне Земли», опубликованной в сентябрьском номере журнала «Знание – сила» за 1954 год. Иллюстрации для статьи выполнили художники А. Орлов и И. Фридман. По технологическим требованиям к журнальным иллюстрациям, рисунок выполнен на стекле.
Впоследствии иллюстрация из советского журнала попала в зарубежные издания, и в 1989 году американский художник Девид К. Стоун (1922–2001) нарисовал портрет Циолковского на фоне звёздного неба и космической станции из «Знание – сила». Это один из 120 рисунков серии «Первопроходцы полётов», которую Стоун создавал более 20 лет. Первоначально рисунок появился на памятном конверте США, выпущенном подразделением «Fleetwood» компании «Unicover Corporation» в 1989 году и предназначавшийся для гашения в Сан-Диего 27 октября. Надпись под рисунком: «Константин Э. Циолковский. Почти полностью глухой и в основном самоучка, он основал науку астронавтику». А ещё через шесть лет, в 1995 году, появилась марка Микронезии (Michel № 446) с тем же самым рисунком.
В 1953 году, в августовском номере журнала «Техника – молодёжи», публикуется статья Ляпунова «Лаборатория в космосе», в которой рассказывается об усовершенствованной станции Циолковского-Ляпунова. Эта станция будет вокзалом и заправочной базой для межпланетных кораблей, лабораторией, а рядом с ней будет расположена космическая обсерватория. Ляпунов пишет: «Изображенная на нашем рисунке станция является одним из возможных вариантов внеземной станции, которая должна, как указывал К. Э. Циолковский, быть доставлена ракетами с Земли и собрана в мировом пространстве». Рисунок станции выполнен художником Константином Арцеуловым.
Ляпунов также описывает эту станцию в книге «Открытие мира» (1954).
Описание усовершенствованной станции Циолковского-Ляпунова появляется и у других авторов. Так, в книге Михаила Васильева «Путешествие в космос» (М.: Гос. изд-во культ.-просвет. лит., 1955) подробно рассказывается об этой станции. Вверху показан рисунок Николая Кольчицкого из книги.
По замыслу Ляпунова, внеземная станция собирается из грузов, доставляемых на орбиту космическими кораблями (у Ляпунова – космическими ракетами). Цилиндрические корпусы кораблей (1) будут строительным материалом – собранные в кольцо, они опоясывают конус с оранжереей. В этих корпусах будут располагаться жилые и производственные помещения, лаборатории, склады. Станция вращается вокруг своей оси, создавая искусственную силу тяжести. Из корпусов космических кораблей могут быть наращены дополнительные «пояса». Вдоль оси станции проходит направляющая труба-ракетодром (2) для приёма и запуска космических кораблей. Корабль (11) заходит в направляющую трубу, внутри которой происходит стыковка корабля со станцией. После расстыковки корабль (12) вылетает из другого конца трубы. Помещения рядом с трубой – доки (3), они используются для ремонта и дозаправки кораблей топливом. Под прозрачной поверхностью (4) находится оранжерея. Радиолокаторы (5) предназначены для навигации кораблей, курсирующих между станцией и Землей. Для связи с Землей на станции установлены радиоустановки и солнечный телеграф. Телескоп (6) с жироскопическим устройством (9) соединён со станцией кабелями. На телескопе закреплена обсерватория (7) и вспомогательный телескоп (8). Гелеоэлектростанции (10), смонтированные из развёрнутых корпусов грузовых кораблей, обеспечивают станцию электроэнергией – её количество регулируется углом поворота к Солнцу. Для непродолжительных перемещений и обслуживания используются небольшие транспортные средства (13).
Желание показать бОльшую значимость работ Циолковского иногда приводило к курьёзам. Например, на рисунке в книги Ф. Зигеля «Искусственный спутник Земли» (1956) изображены чертежи, которые, по замыслу художника, выполнил Циолковский – в том числе и предложенная Ляпуновым модификация космического жилища.
Позднее, в 1967 году, по рисункам усовершенствованной станции Циолковского-Ляпунова был сделан макет, который сейчас находится в калужском государственном музее истории космонавтики.
В иностранной печати также появилось рисунки этой космической станции. Одна из таких иллюстраций показана вверху. На ней изображена станция Циолковского-Ляпунова с незначительно изменёнными элементами конструкции.
На поле марочного листа Аджмана также изображена немного изменённая станция Циолковского-Ляпунова.
Вверху показаны рисунки фрагмента марочного листа и люкс-блока. На рисунках хорошо различимы цилиндрические корпусы пустых грузовых кораблей, опоясывающих станцию, телескоп, и, отдельно от него, обсерватория. Количество доков увеличено. Корабли заходят в трубу с обратной стороны: носовая часть космического корабля выступает из станции со стороны оранжереи.
Получается, что у рисунка станции на марках Аджмана и Манамы очень богатая предыстория и что он связанным с фантастикой и историей космонавтики. Люкс-блоки Аджмана 1968 года встречаются не часто, а Манамы – и того реже, поэтому неизбежно появились подделки. Немного об одной из фальшивок.
Вверху показаны фрагменты блоков с разрешением 1200 dpi (слева – настоящий, справа – фальшивый). Основные отличия настоящих блоков от подделок: – размер настоящих люкс-блоков 88х105 мм, размер фальшивых – 86,5х103,5 мм; – другой клей: у фальшивых толстый слой клея (или лака), причём этот клей или лак имеет специфический химический запах; – другие краски; – изменённые цвета; – другое цветоделение; – другой способ печати (настоящие – офсетная печать, фальшивые – скорее всего лазерный принтер); – другой растр; – другая бумага: у фальшивых блоков плотная бумага, блоки не изгибаются; – у настоящих люкс-блоков Манамы фон поля – оранжевый, а у фальшивых – тёмно-синий; – на настоящих беззубцовых блоках нарисована зубцовка. На отсканированном фрагменте настоящего люкс-блока хорошо видна ярко выраженная растровая розетка, естественное наложение цветов в местах треппинга, более слабый накат серебряной краски, другое начертание букв, другие цвета. Настоящие люкс-блоки выполнены на офсетном печатном оборудовании. | |||||||||||||||||||||||||||||||||||||||
|
|
